ВИДЕО: Юрий ПРОКОФЬЕВ. Реиндустриализация России – спасение русского народа

Юрий Анатольевич Прокофьев,
член Политбюро Центрального Комитета КПСС,
первый секретарь Московского Городского Комитета КПСС
.

Беседует Максим Шалыгин.

(Беседа записана 21.03.2017 в рамках Проекта поддержки ЭТ "РЕАЛИСТ"*)

М. Шалыгин. Нам периодически подсовывают поиски национальной идеи. Причем, кто-то её даже находит. И регулярно. И, вроде бы, все вполне пристойно. Вот только в этих концепциях нет самого главного – Человека. Забота о стране и сохранение страны – это очень важно. И это необходимо поддерживать, и об этом необходимо говорить. Но, вот, сохранение Человека, сохранение нации, сохранении народа – с этим сложнее. Именно об этом сегодня и будем говорить. Наш собеседник ­ Первый секретарь Московского Горкома КПСС, Член Политбюро Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Юрий Анатольевич Прокофьев, здравствуйте.

Ю. Прокофьев. Надо только добавить, что в прошлом. Это было давно. Четверть века назад.

М. Шалыгин. Знаете, всё-таки, вы советский руководитель высшего уровня. Я не могу сказать господин экс-президент или товарищ экс-министр. Это просто не вежливо. Когда человек, особенно с советской биографией, пройдя все ступеньки карьерные, а не просто из университета в премьер-министры. Так вот, человек, пройдя все ступеньки управленческие достигает какого-то уровня, то меняется его взгляд на вещи и уже ниже не опускается. Поэтому все-таки Первый секретарь Московского Горкома.

Ю. Прокофьев. А лучше обращаться просто – товарищ.

М. Шалыгин. Товарищ. Сохранение народа. Сохранение государства. Насколько это различные темы, насколько они пересекаются.

Ю. Прокофьев. Ну, без сохранения народа не может существовать государство. А в данном случае, если говорить о России, речь идет о сохранении государствообразующего русского народа. Я ни в коей мере не националист. Меня чаще обвиняют в интернациональных взглядах. Да, вот. Но без сохранения русского народа, его ведущей роли в государстве, Россия долго не просуществует. Это понимаю не только я. Я беседовал со многими товарищами нерусской национальности – армяне, татары… – они прекрасно понимают, что и они существуют тоже благодаря тому, что существует русский народ.

М. Шалыгин. Сегодня об этом очень много говорится. Но говорится в каком ключе? Что русский народ – богоизбранный народ. Православие, Самодержавие, Народность. Ну, и все остальные большие, красивые слова...

Ю.Прокофьев За Веру, Царя и Отечество, да?

М. Шалыгин. … «Вперед к победе коммунизма», уж простите. И так далее, и так далее. Людей тем не менее не видно. Что такое сохранение русского человека? Это как? Вот я – русский человек, хотя кровей намешано очень много. И понять в современном мире кто такой русский человек, чисто русский – так покажите мне его. Тем не менее, как можно реальными механизмами улучшить жизнь русского человека. Вот, как это делается? Что мы под этим должны понимать? Кто такой русский человек? Какие его потребности? Не лозунги, не красивые слова, а конкретно.

Ю. Прокофьев. Ну, довольно часто особенно в Москве слышишь, что происходят странные вещи. Основные, ведущие посты, основными хозяевами становятся люди не русской национальности, хотя сейчас в Москве уже славянского населения меньше, чем не-славянского населения. Вот это вызывает удивление и недовольство. Но всему есть объяснение. У каждого народа есть свой менталитет. Есть свои жизненные привычки. Вот, если говорить о России, о русском народе – это, скажем, конец 19 века, 20 век – промышленность, работа на заводах, инженерная деятельность, научная деятельность, научно-исследовательская деятельность, сельское хозяйство коллективное – на этом, вот, вырос русский народ. За исключением коллективного хозяйства – тогда община была, крестьянская – это в крови. Что произошло после 1991 года? У нас разрушена была полностью промышленность, отраслевой науки и сейчас не существует, фундаментальная еле дышит. Вот, пример. Собрание академиков. Ни одни не согласился стать президентом Академии Наук. Есть объяснение. Сельское хозяйство разрушено практически полностью. Хотя сейчас говорят о импортозамещении… куриные яйца, мясо птицы… в достаточном количестве. Я прошлое лето проехал из конца в конец Костромскую и Ивановскую области. Это жутко, что такое. Просто жутко. Практически нет вспаханных и сеянных полей. Во всей Костромской области я встретил одно стадо коров – 50 штук. И всё. Одного фермера. Идет залесение полей. То есть, люди, которые работали в сельском хозяйстве, а их в России достаточно много, они сейчас оказались выброшены. Потому что отсутствует коллективное хозяйство. Фермерство не пошло по определенным причинам. Для этого нужны оборотные средства, нужна техника, нужна энерговооруженность – тогда только это индивидуальное хозяйство становится продуктивным. Этого нет. Если брать промышленность, то у нас легкая промышленность. Практически. Обрабатывающая промышленность, машиностроение – всё ликвидировано. Осталась пищевая промышленность, остался военно-оборонный комплекс. Всё. И значительная часть людей, которые раньше привыкли работать инженерами, техниками, рабочими… сейчас профессионального рабочего найти невозможно. Я не знаю – как сейчас какой возраст, но, вот, пять лет тому назад в Москве, средний возраст станочника был 60 лет.

М. Шалыгин. Ну, так простите, можно пойти (работать), в сервис, в торговлю, гостиничное хозяйство – есть где себя реализовывать.

Ю. Прокофьев. В том-то и дело. Это не в менталитете русского народа, не в его обычаях, не в его нравственности. Вот, смотрите, как пренебрежительно относились у нас и к работникам торговли, и к сфере обслуживания. «А, он – торгаш», «А, она, там, официантка. Чаевые собирает, на этом живёет». Достаточно пренебрежительно. Опыта такого не было и у нас. Не развита была торговля в практике существования русского народа. А если брать азиатские, кавказские народы – там это основа была жизни. Так же, как на Востоке, в арабском мире, так и у нас в Центральной Азии. Точно также на Северном Кавказе, за исключением, может быть Армении. Это была основа. И поэтому люди, извините, которые веками привыкали к тому, что работа его клана, тейпа, народа – это торговля. Обмен готовой продукции. Это обслуживание. Это было уважаемое дело.

М. Шалыгин. И до сих пор, остается уважаемым.

Ю. Прокофьев. И до сих пор, остается уважаемым. Потому на те места, на которые русские не пошли. Или, если пошли, то у них не получалось бы. Потому, что и торговля имеет свою специфику. Сфера обслуживания имеет свою специфику. Пошли люди другой национальности. С Центральной Азии, с Северного Кавказа. И они составляют сейчас преимущество у нас в магазинах, рынках, ресторанах. И не только рядовые работники, но и хозяева. И это не потому, что кто-то плохой, а кто-то хороший. Нет, это просто так сложилось исторически.

М. Шалыгин. Соответственно, если в советское время существовал некий баланс – разные народы могли реализовываться в разных отраслях экономики, и всё было сбалансировано. То – после того, как разрушили производство, остановили заводы, науку – возник дисбаланс. Русский человек – он не нашел себя в новом мире?

Ю. Прокофьев. Невостребован.

М. Шалыгин. И дальше пошло – наркомания, спиваться, просто безработица тотальная. А сфера обслуги, сфера услуг… деликатно так скажем... она…

Ю. Прокофьев. Она развивается!

М. Шалыгин. Она развивается. И она сохранилась. И, соответственно, люди привычных к этому национальностей. Они реализовались. Как и до этого – себя вполне неплохо чувствовали. И их стало более видно. И получилась агрессия. Со стороны русских.

Ю. Прокофьев. Я могу рассказать только порядок цифр. В Москве, до 1991 года, из восьми миллионов жителей два миллиона были рабочие, миллион шестьсот тысяч были наука и научное обслуживание. Сейчас, если рабочих полмиллиона осталось, то это хорошо. А наука, если тысяч сто осталось, то это тоже совсем неплохо. Люди не могут реализовать себя.

М. Шалыгин. Соответственно, когда вы говорите о спасении русского народа, русского человека, Вы что предлагаете? Строить заводы?

Ю. Прокофьев. Это во-первых. Это нужно не только для русского народа, для его возможностей реализовать себя. Так, в тех отраслях, в которых веками складывалось. Это вопросы, связанные и с национальной безопасностью. Ну, хорошо, картошку мы сами вырастим. Кур сами вырастим. Яйца, там, сами соберём. Но, если перекроют поставку комплектующих, то наши предприятия – большинство – встанут. Они просто работать не будут. То же самое и автомобильная промышленность. Та же самая в зачатке авиационная промышленность. Единственное у нас сейчас – это оборонка полностью переходит сейчас на собственные комплектующие. Всё. А всё остальное это привозное. У нас машиностроение сократилось до 15 процентов от того, что было раньше. А без своих станков ничего не сделаешь. Вот, показывают сейчас великолепные медицинские комплексы. Магнитно-резонансная томография, рентгеновское современное оборудование, все эти перинатальные центры – там ничего нет того, что сделано у нас здесь, в России. Всё закуплено за рубежом.

М. Шалыгин. Давайте скажем ещё одну деталь. Что, поскольку мы живем в современном мире – электронном – то если ты покупаешь промышленный станок, ты должен продавцу указать где именно этот станок будет стоять. И не перемещать до расстояния 50 или 100 метров. Иначе станок, который получает сигнал со спутника, просто выключится. То есть, к вопросу о национальной безопасности. То есть, даже если ты купишь станок где-то за рубежом, то, соответственно, владелец будет знать, где стоит этот станок, что он делает, чем занимается. И здесь вопрос о военно-промышленном комплексе и так далее, и так далее. Конечно же.

Ю. Прокофьев. У нас электронной промышленности нет. И она практически не восстанавливается. Необходимое электронное оборудование, отчасти, мы покупаем в Белоруссии, которая сохранила производство плат для электронной промышленности, приборов и оборудования. В Китае покупаем. Они – производят, а у нас –этого нет.

М. Шалыгин. Вот, фактор – национальная безопасность. Хорошо. Понятно. То есть, занятость русского народа, строительство предприятий – это фактор сохранения безопасности страны?

Ю. Прокофьев. Конечно.

М. Шалыгин. Второй тезис, если позволите, я продолжу. Это гарантия межнационального мира. То есть, человек… не будет русский так агрессивно относится к представителям других национальностей. Не будет, вот, этих агрессивных крайностей. Если он (русский человек) просто получит работу, будет зарабатывать и будет реализовывать себя в какой-то привычной для себя личной сфере. И, соответственно, этих анти-кавказских настроений, анти-азиатских настроений не будет на ушицах Москвы или они будут значительно меньше. Верно?

Ю. Прокофьев. Будут просто значительно меньше. Потому что в ряде случаев допускается ещё одно, я думаю, нарушение, которое… мы не делаем выводов из практики, скажем, европейских стран. Что случилось в Париже? Выходцев из Марокко, из Северной Африки селили в пригородах компактно. В Париже. Там уже выросли люди, которые родились во Франции. Но они всё равно бунтуют, они не воспринимают Францию. Если уж говорить не о ассимиляции, а о том, что противоположные культуры, цивилизации не сталкивались – не надо в крупных городах, крупных поселениях делать вот такие районы… чайна… как это?.. чайна-тауны. Значит, у нас есть на юго-западе (Москвы) – живут сплошь азербайджанцы. В 1990 году у нас в Москве было прописано 176 тысяч азербайджанцев, а сейчас 1 миллион 200 тысяч. Надо и эту политику проводить.

М. Шалыгин. А она проводится? Или ей не занимаются вообще.

Ю. Прокофьев. Нет, ей не занимаются. Она абсолютно не проводится. Поэтому я совершенно с вами согласен. Нужна индустриализация страны, о которой говорят, и которая не производится. Мы десять лет уже талдычим с приходом Путина о необходимости слезть с импорто…

М. Шалыгин. …импортной иглы…

Ю. Прокофьев. Иглы. Особенно, с углеводородной иглы слезть. Но для этого надо построить свою промышленность. Надо развивать внутренний рынок. Ведь, как китайцы в 1998 году вышли из кризиса? Они были в более сложном положении, чем Россия. Потому что у Китая огромное количество продукции, которое производится – всё идет на импорт. Кризис. Спрос на их продукцию упал. Моментально перестроились – развитие внутреннего рынка. И любой экономист, нелиберально настроенный знает, что большая часть поступлений налоговых в развитых странах, не от крупных промышленных предприятий идет, а от населения. Потому что население хорошо зарабатывает. Потому что развит внутренний рынок хорошо, производство товаров. Это результат.

М. Шалыгин. Спасибо большое. Мы беседовали с Юрием Прокофьевым Первым секретарем Московского Городского комитета КПСС, Членом Политбюро Центрального Комитета Коммунистической Партии Советского Союза, одним из высших руководителей Союза ССР. Спасибо, и всего доброго. Беседовал Максим Шалыгин.

 

_
*
Специально для поддержки проекта Саркиса Цатуряна и Кирилла Джавлаха –
"Экспертная трибуна "РЕАЛИСТ" – Максим Шалыгин безвозмездно разработал
эмблему/логотип, принял участие в разработке концепции проекта и сайта,
изготовил базовую сувенирную продукцию и записал несколько бесед.