ЗВУК: Степан СУЛАКШИН. Вардан БАГДАСАРЯН. Георгий МАЛИНЕЦКИЙ. Будущее России и мира

Всероссийский научный конгресс футурологов

Степан Степанович Сулакшин,
доктор физико-математических наук, доктор политических наук,
генеральный директор Центра проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования при Отделении общественных наук РАН.

Вардан Эрнестович Багдасарян,
доктор исторических наук, профессор,
заведующий кафедрой Российского государственного университета туризма и сервиса.

Георгий Геннадьевич Малинецкий,
доктор физико-математических наук,
вице-президент Нанотехнического общества России,
заместитель директора по научной работе Института прикладной математики имени Кельдыша РАН.

Ведущий – Максим Шалыгин.

(беседа в радиоэфире "Голоса России" – 7 июня 2010)

М. Шалыгин. Здравствуйте, друзья! Четвертого июня в Москве состоялся всероссийский научный форум "Футурологический конгресс: будущее России и мира". Несмотря на всю загадочность для русского уха и даже некую магию слова "футурологи", на самом деле, это абсолютно серьезная наука. От английского слова "future". По-моему, этот термин появился в академических кругах в сороковых годах.

Я с удовольствием и уважением представляю наших главных экспертов в студии. Во-первых, это Степан Степанович Сулакшин, генеральный директор Центра проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования при отделении общественных наук РАН, доктор физико-математических наук, доктор политических наук. Здравствуйте.

С. Сулакшин. Добрый день.

М. Шалыгин. Вардан Эрнестович Багдасарян, профессор, заведующий кафедрой Российского государственного университета туризма и сервиса, доктор исторических наук. Добрый вечер.

В. Багдасарян. Здравствуйте.

М. Шалыгин. И Георгий Геннадьевич Малинецкий, вице-президент Нанотехнического общества России, доктор физико-математических наук, заместитель директора по научной работе Института прикладной математики имени Кельдыша РАН. Здравствуйте.

Г. Малинецкий. В основном, все верно, спасибо.

М. Шалыгин. Давайте, прежде всего, определимся, почему этот конгресс проходит именно сейчас и почему в Москве. Вроде бы кризис. Непонятно, что происходит в настоящем. А вы пытаетесь заглянуть в будущее. Степан Степанович, это к вам.

С. Сулакшин. Человек всегда, не только в кризис, не только сегодня, интересуется будущим. Кому-то хочется узнать курс доллара к рублю, чтобы наварить денежек на скачках. Кто-то очень обеспокоен судьбами – своей, семьи, своего народа, своей страны, человечества. Управленцам, в частности, государственным управленцам, в сфере интересов которых мы свое творчество развиваем, всегда важно знать, как откликнется будущее на сегодняшнее решение.

Проверить, спрогнозировать последствия управленческих действий, скажем, антикризисных действий, которые вырабатываются и реализуются сегодня. Испокон веков этим занимались пифии, пророки, ясновидцы, гадалки, астрологи. И диапазон мысли, которая забрасывается в будущее, простирается от гадания, предсказания до очень строгих, в том числе и математических, моделей развития, которые позволяют серьезно говорить о том, что нас ждет. И самое главное, самое волнующее, это, конечно, вопрос, как можно повлиять на будущее, что надо сделать сегодня, чтобы добиться тех или иных изменений к лучшему или худшему, кто уж что планирует в этой жизни.

М. Шалыгин. Степан Степанович, а есть ли заказ на вашу работу, прежде всего, от руководства страны? Есть ли потребность у сегодняшних руководителей государства спросить академические круги, каким будет будущее?

С. Сулакшин. Бесспорно, у руководства каждой страны вопрос прогнозирования весьма актуален. И, конечно, не к гадалкам и не к кофейной гуще. Серьезные, ответственные руководители прибегают, когда прогнозируют развитие. Для этого есть национальная наука, есть серьезные научные школы, отдельные институты. Не всегда эти институты носят открытый характер, по понятным причинам.

В России есть большая проблема - увлечение коммерциализацией всего и вся. Вообще, когда само государство превращается в подобие коммерческого привокзального киоска, то возникает большая проблема в соединении национального интеллекта, национальных научных потенциалов и реального государственного управления.

Но, тем не менее, органы государственной власти, Совет безопасности в некоторых сессиях, в которых мне приходилось участвовать, конечно, в будущее заглядывают. И самый важный вопрос при этом, каковы будут последствия сегодняшних управленческих действий. Что надо сделать, чтобы, например, снизить тяжесть кризисных последствий или справиться с нарастающей или непадающей бедностью в стране, или предотвратить обострение межгосударственных отношений. Поэтому нельзя сказать, что есть какой-то устойчивый системный заказ, но потребность существует, и в определенной степени она российскими учеными закрывается.

М. Шалыгин. Я не могу вас не спросить еще и о горизонте прогноза. Когда мы говорим, что ожидается такое будущее, и называем – к 2020 или к 2050 году. Исследуя процессы, заглядывая в будущее, насколько далеко вы туда смотрите?

С. Сулакшин. Что касается моих исследований, то верхний предел не органичен. Это может быть миллион лет, например, когда мы рассуждаем о судьбах человечества, о принципах его развития, эволюции и прогрессе. Когда мы пытаемся соотнести прагматические научные знания с очень глубоким накопленным человечеством знанием, которое содержится в священных писаниях, в преданиях, в религиозном знании, то там вопросы преображения человека могут относиться к временным промежуткам в сотни тысяч, миллионы лет.

Есть более практические горизонты: краткосрочные - год, два, пять лет, среднесрочные - десять - двадцать лет, долгосрочные - свыше двадцати - двадцати пяти лет. На самом деле, во всех этих диапазонах есть свои методы прогнозирования, есть своя мера актуальности прогноза, есть свои результаты, есть своя норма востребования.  Примерно в таком диапазоне все актуальные разговоры и проходят сегодня.

М. Шалыгин. Радует, что будущее, на самом деле, познаваемо в отличие от предсказаний астрологов, о которых вы говорили. У нас есть телефонный звонок. Давайте послушаем радиослушателя. Здравствуйте, говорите, вы в эфире.

Слушатель (по телефону). Здравствуйте, Максим! Здравствуйте, уважаемые эксперты! Это Андрей, Кишинев. Вопрос такой. Прогноз на частную собственность на землю в ближайшем будущем России? Я имею в виду контроль над средствами и частную собственность на землю.

М. Шалыгин. Не очень понимаю вопрос, Степан Степанович.

С. Сулакшин. Мне кажется, я его всё-таки понимаю. Вопрос о частной собственности не только на землю и средства массовой информации, но и на средства производства, средства транспорта и так далее. Он очень важен. В истории человечества право частной собственности породило одну из форм присвоения, когда благо человек делает не своими руками, а получает его на основе своего права собственности от труда другого человека.  Это породило конфликт, который в истории вызвал серию потрясений, социалистических революций. Этот конфликт снимается, и в будущем вообще такого понятия - частная собственность – не будет.

Что касается современной России, то есть задача оптимальной доли государственной собственности, или, как это раньше называлось, общенародной, и частной собственности. Сегодня этот показатель смещен по либеральным нормативам до уровня 40-35 процентов государственной собственности. А оптимум, при котором и для государства, и для общества, и для людей благо становится максимальным, лежит в диапазоне 65-70 процентов. То есть, Россия свалилась сейчас в неудачное решение, и мы прогнозируем, что разумные, ответственные руководители возвратят государствообразующие инфраструктуры и природные ресурсы из частных карманов, куда они сейчас порастащены, в достояние всего общества и всего государства. От этого будет лучше и частникам, потому что некоторые из них свою долю отбивают...